Головна | Правила | Додати твір | Новини | Анонси | Співпраця та реклама | Про проект | Друзі проекту | Карта сайта | Зворотній зв'язок

Изложение воспоминаний Дмитрия Тихомирова. Повесть «В тылу как в тылу»

20.12.2009

Дмитрий Тихомиров через много лет опять в городе, где ребенком провел два военных года. Раньше оп часто бывал здесь, «а потом… все дела, все дела». Наконец он приехал к маме, у которой (так уж случилось) не был более десяти лет.


Такси едет по городским улицам, а перед Дмитрием развертываются картины прошлого. Вот мама вместе с Николаем Евдокимовичем тащит тяжеленный сундук — в нем все имущество Тихомировых. Николай Евдокимович, слабый, тщедушный человек, нежной преданно любящий маму (это понимает даже одиннадцатилетний Дима) быстро устает, но старается не показать этого. А мальчик вспоминает случайно услышанные им разговоры родителей о Подкидыше (так в семье называли маминого однокурсника, безнадежно влюбленного в нее), о ревности папы, о твердости мамы, продолжавшей заботиться о своем друге и уверявшей папу, что ему не о чем беспокоиться.


Она всегда говорила правду, «рубила», как утверждал папа. Но, прощаясь с ним, когда он уходил на сборный пункт перед отправкой на фронт, была необычно мягкой, уступчивой, а папа впервые порадовался, что Подкидыш будет рядом с мамой и Димой, станет помогать им.


Глава 2


Качаясь на парах в теплушке, мальчик вспоминал довоенные заботы, волнения, и они казались теперь такими далекими, почти нереальными. А теперь больше всего волновал вопрос: «Что с Москвой?» Подкидыш на каждой станции выбегал к газетному киоску, и мама очень боялась, что он отстанет от поезда. «Потерять, оставить, отстать» — война со всех сторон окружала людей этой опасностью. И вот две недели пути позади. Плотно «утрамбованные» людьми машины едут в город, где эвакуированным предстоит жить, установить па новом месте заводское оборудование и выпускать продукцию, необходимую фронту. Дима решил, что здесь надо забыть о своем возрасте. Но мама не хотела, чтобы он забывал. В холодном бараке, где им предстояло жить, она превратила сундук в стол и сказала Диме:

  • — Здесь ты будешь делать уроки.
  • Так для Димы началась школьная жизнь, а мама почти круглые сутки проводила на заводе, где ее «назначили инженером — руководителем по комплектации и восстановлению оборудования». Она не считала свою работу каторжной, не соглашалась с тем, что «в тылу как на фронте», и твердо сказала сыну, что, в отличие от отца, они прибыли в зону безопасности, «что в тылу как в тылу»: люди спят в постелях, их не бомбят. Мама отдавала Диме свое дополнительное питание, как могла заботилась о нем.


    Л вскоре у мальчика появился друг Олег по прозвищу Многодетный Брат. У него были две младшие сестры, о которых он по —взрослому заботился, потому что его отец, однорукий инвалид, и мать, старшая медсестра, почти не бывали дома. Отец, журналист, работал в заводской многотиражке, мать — в военном госпитале. Дмитрий очень торопился к маме. Она ждала его. Это он знал. А его нетерпение было таким напряженным, что он бессознательно как бы оттягивал встречу и все вспоминал, вспоминал, стараясь хоть на время вернуть свое прошлое.


    Главы 4 — 5


    В первое же утро после приезда Дима с мамой забежали на почту. Отец должен был писать «до востребования». Так они условились. Но писем не было. Мама попросила, чтобы «корреспонденцию», которая будет приходить на ее имя, выдавали Диме, а сыну сказала, что теперь они будут жить «от письма до письма». И опять вспоминала, как часто огорчала папу: «Сильнее, чем я люблю его… любить, мне кажется, невозможно. Он не узнал этого… С добром надо спешить, а то оно может остаться без адресата». Дима был согласен с нею. А писем не было. Но через двадцать дней, когда Дима зашел на почту, где его уже знали, девушка в окошке сказала: «Сегодня вам есть».


    Мальчик схватил конверт, разорвал его, вынул листок, на котором было что—то напечатано, только имя, отчество и фамилия отца были написаны от руки. Дима прочитал несколько раз, пока не понял, что его отец пропал без вести.


    На улице ждал Олег. Он тоже прочитал… и стал объяснять другу, что слово «пропал» имеет несколько значений; «погиб» тут не подходит, просто Димин отец исчез, и о нем ничего не знают.


    Радел III


     Диме хотелось верить, но он не находил себе места. Он вспоминал папу, его нежные пальцы, перебиравшие целебные травы (отец был биологом), его любовь к природе, тихий интеллигентный голос, нежность, застенчивость, любовь к близким.


    «Ты не прощайся с отцом»,— угадал его мысли Олег. Он взял у Димы конверт и положил его в свой портфель, чтобы мама не нашла, а Дима попросил девушку с почты молчать о письме.


    Главы 6 — 7


    Мама приходила с работы поздно вечером. А то и ночью, а то и под утро… Приподнимала простыню, отделявшую их с Димой «комнату» от коридора. Другой «стеной» был старый, облысевший ковер. Доставая из сумки еду, рассказывала сыну о своей работе, объясняла, как важно соблюдать технику безопасности. И каждый раз вспоминала отца. Писем не было. Иногда с другого конца барака заходил Николай Евдокимович, и тогда они с Димой в два голоса объясняли, что письмо могло затеряться (Подкидыш о Дичиной тайне тоже не знал). На стройке Николай Евдокимович очень старался облегчить мамину участь, предлагал ей свой паек, от которого она отказывалась, говоря, что не хочет толстеть и стареть и что мужчинам нужно гораздо больше калорий.


    Николая Евдокимовича маме «подкинули», когда он был уже взрелом возрасте. Ему из—за болезни родителей пришлось оставить институт. Уже тридцатипятилетним он поступил снова на четвертый курс. Там встретил Димину маму и остался холостяком навсегда, потому что никого другого так и не смог полюбить. Мама считала Подкидыша рыцарем. Он им и был. Больше всего на свете любил Москву, прекрасно знал ее. Мечтал быть похороненным возле родителей на Ваганьковском кладбище. Говорил, что это единственное его завещание. «Пушкина …цитировалчпостоянно, считая, что поэт сказал все обо всем на свете». Своего «белого билета» (на фронт его не взяли главным образом из—за зрения) Подкидыш стыдился. Он изредка заходил к Тихомировым после своего неизменного вопроса: «Не возражаете?» Но однажды утром ворвался к ним без всякого предупреждения и воскликнул: «Их разгромили под Москвой». Вечером в бараке был праздник.


    Главы 8—11

  • А утром Подкидыш ждал Диму возле барака.
  • —        Он… убит?
  • —        Нет… Я думаю, нет.
  • — Что было в письме?
  • —        Откуда вы…?
  • Николай Евдокимович впервые в жизни перебил мальчика:
  • — Что С отцом?
  • — Пропал без вести.
  • Страницы: 1 2


    1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 |
    © 2000–2017 "Литература"