Хрестоматия: Немецкий роман о людях и обстоятельства
Головна | Правила | Додати твір | Новини | Анонси | Співпраця та реклама | Про проект | Друзі проекту | Карта сайта | Зворотній зв'язок

Хрестоматия: Немецкий роман о людях и обстоятельства

6.12.2009

Литература — человековедение, в ней люди познают самю себя. Развиваясь, она идет ко все более глубокому раскрытию сущности человека, его стремлений, надежд, возможностей, его ме.ста в мире. Но человек неисчерпаем, и каждая эпоха ставит новые вопросы. Литература призвана осознать эти вопросы и ответить на них. При этом ее ответы никогда не бывают окончательными, в них всегда содержатся ростки новых вопросов.


Художники-гуманисты эпохи Просвещения, как мы уже знаем, провозгласили высокий идеал гармоничного развития личности, но натолкнулись на несоответствие реально существующего общества этому идеалу. Духовные силы человека по- . лучали в несправедливо устроенном обществе искаженное развитие, дисгармоничность мира мешала возможностям стать действительностью. Романтики попытались освободить человека от власти внешней необходимости, дали ему независимость, правда только в сфере души, и разделили людей на живых и мнимо живых, «музыкантов» и «немузыкантов», не ища объяснений тому, что именно сделало людей столь разными.


Гейне обратился к изображению социальных обстоятельств, нарисовал картину состояния Германии своего времени, ее глубокой социально-политической отсталости и противоречивости. В теме несчастной любви он обозначил также связь между судьбой человека и социальными обстоятельствами. Но сложную диалектику взаимодействия характеров и обстоятельств немецкой литературе предстояло, познать на следующем, реалистическом этапе развития. Позиции реализма позволили ближе подойти к ответу на вопрос о природе человека, о том, каков же он на самом деле, добр или зол, и что делает его добрым или злым. Эта задача встала перед романом — жанром, развитие которого в немецкой литературе шло крайне медленно и трудно.


В литературах других европейских стран — России, Франции, Англии — в 30—40-х гг. XIX в. сложился и достиг расцвета реалистический социальный роман, т. е. роман, раскрывающий связь и взаимодействие характеров и социальных обстоятельств. В отличие от романтиков реалисты, радевшие о человеке ничуть не меньше, не стали игнорировать социальные обстоятельства, а начали внимательно вглядываться в них, тщательнейшим образом их анализировать. Родилось искусство, ориентированное не на противопоставление идеала действительности, а на показ самой действительности и закономерностей ее развития. При этом жизнь изображалась так, чтобы читатель остро почувствовал, как далека она от идеала. Реализм этот получил название критического, потому что пафос его состоял в обличении бесчеловечности отношений в классово антагонистическом обществе, — это они делали человека злым, а того, кто осмеливался быть добрым, обрекали на беды или даже на гибель.


В отличие от романтизма литература критического реализма отводила определяющее место социальной среде. Характер человека, его поступки стали изображаться как результат взаимодействия индивидуальных свойств личности и влияния социального окружения. Стала прослеживаться биография героя, его предыстория, его карьера. Определились два варианта пути героя. Советский ученый Д. В. Затонский, автор интересной книги .«Искусство романа и XX век» (1973), условно назвал эти два пути: «путь к себе» и «путь от себя». В первом случае герой идет через жизнь, заботясь прежде всего о своем внутреннем, духовном обогащении, и, обретая жизненный опыт, вырастает нравственно, утверждая лучшее в себе. Таков, например, путь Вильгельма Мейстера, героя романов Гёте «Годы учения Вильгельма Мейстера» и «Годы странствий Вильгельма Мейстера». Путь к себе означал тем самым и путь к людям, так как это был путь к человечности.


Во втором случае герой, зараженный буржуазным эгоизмом, предавал добрые начала своей души ради внешнего успеха, карьеры, богатства. Таких примеров в социальном романе 30— 40-х гг. немало: Жюльен Сорель в романе Стендаля «Красное и черное», Эжен Растиньяк в романе Бальзака «Отец Горио», Люсьен Левен в романах того же автора «Утраченные иллюзии» и «Блеск и нищета куртизанок». Десятилетия спустя тем же путем, только много более нагло и уверенно, пройдет Жорж Дюруа в романе Мопассана «Милый друг». Потомком этих героев явится Клайд Гриффите, центральный персонаж романа Теодора Драйзера «Американская трагедия»; это жалкий и бесхарактерный малый, решившийся убить свою возлюбленную, простую работницу, ради того, чтобы жениться на дочери богача, и попавший на электрический стул. В немецкой литературе XIX в. роман отставал в своем развитии от других жанров. После блистательных достижений Гёте и Гофмана роман на долгие годы был оттеснен на периферию литературного процесса.


Роман по своей природе — универсальный жанр, он тяготеет к отображению широких и многообразных жизненных связей. В Германии же, где все еще сохранялась раздробленность и господствовал провинциализм, роману недоставало жизненной почвы. В 30—40-х гг. XIX в. там шел еще трудный процесс медленного вызревания жанра. Поражение революции 1848—1849 гг. во многом предопределило особенности социально-политической и духовной жизни Германии во второй половине XIX в. После Франко-прусской войны (1870—1871) произошло наконец долгожданное объединение Германии, но не на демократической основе, как о том мечтали лучшие люди страны, а «железом и кровью», в форме прусско-милитаристической Германской империи. В ней еще сохраняли силу пережитки феодализма, но росло влияние буржуазии, которая заметно активизировала после 1871 г. свою предпринимательскую деятельность и распространяла в стране дух наживы. Империя проводила агрессивную внешнюю политику; был принят «исключительный закон против социалистов», имевший  целью  подорвать растущее  рабочее движение.


В этих условиях гражданская направленность немецкой литературы, столь ярко выразившаяся в творчестве передовых писателей в 30—40-е гг., ослабевает, в ряде случаев дает себя знать воздействие реакционных направлений буржуазной общественной мысли. Но реализм продолжает развиваться. Лучшие немецкие писатели хорошо видели антигуманистический характер прусско-германской государственности и развивали в своем творчестве критику феодально-буржуазных порядков, осуждали бюрократизм, лицемерие, бездушие.


Вторая половина века сделалась для немецкой прозы временем существенных накоплений. Немалый вклад в развитие немецкого романа в этот период внесли Фриц Рейтер, Теодор Шторм, Бертольд Ауэрбах, Вильгельм Раабе. Правда, в их творчестве в большей или меньшей мере заметна печать так называемого областничества. Длительная разорванность страны сказывалась в их особой приверженности к местному колориту, к диалектной окраске речи. Однако проблематика произведений этих писателей выходила за областнические рамки. В немецкой литературе рос -интерес к простым людям — крестьянам, ремесленникам, к повседневным заботам, психологии, быту рядовых тружеников, нарисованных порой не без сентиментальности, но и не без доброго юмора. Литература этого рода  сыграла немалую роль в формировании традиций  зримого изображения  жизни простых людей —традиций,  продолженных немецким романом XX столетия.


 


 



1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 |
© 2000–2017 "Литература"