Головна | Правила | Додати твір | Новини | Анонси | Співпраця та реклама | Про проект | Друзі проекту | Карта сайта | Зворотній зв'язок

Краткий пересказ повести А.М. Горького «Детство»

20.12.2009

У Алеши Пешкова умер отец. Из Нижнего Новгорода приехала бабушка, чтобы забрать их с матерью к себе. Мальчик смутно помнил похороны отца, рождение брата Максима, который вскоре умер, горе матери. А вот путешествие из Астрахани до Нижнего на пароходе запомнилось как «дни насыщения красотою» полноводной Волги, ее живописных берегов.


Особенно яркое впечатление произвела на Алешу бабушка. Большая, полная, пышноволосая, но неожиданно ловкая, легкая в движениях, она и говорила необычно, «как—то особенно выпевая слова». Позже мальчик понял, что бабушка, Акулина Ивановна Каширина, стала главным человеком в его жизни. Уже взрослым он вспоминал; «До нее как будто спал я, спрятанный в темноте, но явилась она, разбудила, вывела на свет… и сразу стала на всю жизнь другом, самым близким сердцу моему, самым понятным и дорогим человеком, — это ее бескорыстная любовь к миру обогатила меня, насытив крепкой силой для трудной жизни». Пароход подплыл к Нижнему. На пристани Варвару Пешкову с сыном и бабушку встречали семья Кашириных: дед Василий Иванович, дядья Алеши Яков и Михаил, их жены, дети. Все они не понравились мальчику. Особенно неприятен был дед: Алеша сразу почуял в нем врага. Вся семья направилась к приземистому одноэтажному дому, где теперь предстояло жить мальчику.


II


Началась пестрая, странная жизнь среди «неумного племени». Дом деда был наполнен «горячим туманом… вражды всех со всеми», и даже дети участвовали в ней. Дядья хотели отделиться от деда. Они ненавидели друг друга, боясь, что раздел имущества будет несправедливым, и дрались до крови. Дед следил за внуком умными и зоркими глазами. Мальчик был непонятен, чужд ему. Все изменила суббота — день, когда дед порол провинившихся в течение недели детей. 


N


Алеша слышал об истории с наперстком. Вечерами дядья и полуслепой мастер Григорий сшивали окрашенные (дед владел красильной мастерской) куски материи в одну «штуку». Саша, сын Якова, по наущению дяди Михаила раскалил на огне наперсток и подложил его под руку Григорию. Но пришел дед и сам сунул руку в раскаленный наперсток. Сашу ожидала жестокая порка. К субботе и Алеша успел провиниться. Мальчика очень занимала окраска тканей, хотелось самому покрасить что-нибудь. Саша посоветовал ему взять из шкафа белую скатерть и окрасить ее в синий цвет. Как только Алеша опустил край скатерти в чан, к нему подскочил подмастерье Цыганок, выхватил скатерть, но та была уже испорчена. Дед узнал об этом от Саши. В субботу, перед всенощной, все собрались в кухне. Алеша с ужасом смотрел, как дед порол Сашу, еще не зная, что его ожидает то же самое. Когда дед схватил Алексея и понес к скамье, мальчик отчаянно сопротивлялся, укусил мучителя и был засечен до потери сознания.


Несколько дней он вынужден был лежать спиной вверх. Дни нездоровья стали для него «большими днями жизни». Его поразила ссора бабушки с матерью. Вскоре мать уехала куда—то, а к Алеше пришел дед. Его рассказ о своей жизни, о том, как он исходил Волгу бурлаком, потряс мальчика. А потом явился Цыганок и, показав шрамы на своих руках, признался Алеше, что подставлял руки под прут, чтобы меньше досталось ребенку. Уверенный, что Алексея еще будут сечь, он учил его, как лежать под розгами. А мальчик слушал и вспоминал бабушкины сказки про Ивана—царевича, про Иванушку—дурачка.


Когда Алеша выздоровел, ему стало ясно, что Цыганок занимает в доме особое место: дед кричал на него редко, а за глаза даже хвалил, и дядья обращались с ним дружески и никогда не позволяли себе «шутить» с Иваном так, как смастером Григорием, над которым издевались постоянно. Но Цыганка они (дядья) тоже ругали, называли вором, говорили, что он плохой работник. Бабушка объяснила Алеше причину этого: каждый из братьев хотел взять Ивана к себе, когда появится своя мастерская, вот они и врут, хитрят, наговаривают на него.


Теперь Алеша опять жил с бабушкой, как на пароходе, и каждый вечер она рассказывала ему сказки или свою жизнь, тоже похожую на сказку. Внук узнал от нее, что Цыганок подкидыш. Бабушка хвалила его, Алеша любил Ивана и удивлялся ему «до немоты».


По субботам, когда дед, перепоров детей, нагрешивших за неделю, уходил ко всенощной, в кухне начиналось веселье: Цыганок забавлял всех, запрягая черных тараканов и показывая мышат, которые выполняли его команды. Но особенно запомнился он мальчику в праздничные вечера, когда дядя Яков брал в руки гитару. Все напряженно слушали музыку, а бабушка просила: «Ты бы, Ванятка, поплясал!» — «…Бешено звенела гитара, дробно стучали каблуки… а среди кухни огнем пылал Цыганок, реял коршуном… метался золотым стрижом…


Цыганок плясал неутомимо, самозабвенно, и казалось, что, если открыть дверь на волю, он так и пойдет плясом по улице, по городу, неизвестно куда…


Однажды мастер Григорий, а за ним и остальные стали просить бабушку пройтись разок в танце. Вначале она отказывалась, но вдруг молодо встала, выпрямилась…


«Бабушка не плясала, а словно рассказывала что—то. Вот она идет тихонько, задумавшись, покачиваясь, поглядывая вокруг из-под руки, и все ее большое тело колеблется нерешительно, ноги щупают дорогу осторожно. Остановилась, вдруг испугавшись чего—то, лицо дрогнуло, нахмурилось и тотчас засияло доброй, приветливой улыбкой. Откачнулась в сторону, уступая кому—то дорогу, отводя рукой кого—то, опустив голову, замерла, прислушиваясь, улыбаясь все веселее,— и вдруг ее сорвали с места, закружило вихрем, вся она стала стройней, выше ростом, и уж нельзя было глаз отвести от нее — так буйно красива и мила становилась она в эти минуты чудесного возвращения к юности».


Алеша присматривался, прислушивался, все было интересно ему, многое пугало. Очень занимал мастер Григорий, казалось, что он из-под очков видит все насквозь. Он рассказал Алеше, что дядя Яков забил свою жену насмерть, а теперь его «совесть дергает».


Мальчик вспоминал, но смутно, другую жизнь, с родителями, которые не ссорились, не кричали, часто пели, смеялись. Тут, у Кашириных, все было иначе: часто кричали друг на друга, грозили чем—то один другому, тайно шептались в углах. «Дети были тихи, незаметны… прибиты к земле, как пыль дождем». Алеша чувствовал себя чужим в доме.


Его дружба с Иваном все росла. Вскоре он узнал, что Цыганок ловок не только в работе. Каждую пятницу Иван запрягал Шарапа, любимца бабушки, и ехал на базар закупать провизию. Привозил много мяса, битой птицы, рыбы, и все в доме знали, что он не столько покупает, сколько ворует, и все, кроме бабушки, были рады этому.


Вскоре он погиб. Случилось это так: во дворе у забора лежал тяжелый дубовый крест. Его купил дядя Яков, чтобы поставить над могилой своей жены, и дал обет в годовщину ее смерти отнести на своих плечах на кладбище.


Этот день наступил в начале зимы. Падал снег, было слякотно. Дядья стали под крылья, а тяжелый комель взвалили на плечо Цыганку. Он пошатнулся, но устоял.


Страницы: 1 2 3


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 |
© 2000–2017 "Литература"