Головна | Правила | Додати твір | Новини | Анонси | Співпраця та реклама | Про проект | Друзі проекту | Карта сайта | Зворотній зв'язок

Содержание пьесы Крылова «Сочинитель в прихожей»

13.01.2011

«Сочинитель в прихожей» — пьеса, которая значительнее простого памфлета. Изображая продажного поэта, о котором сказано, что он дворянин, Крылов изобразил литературное окружение самой Екатерины II в лице развратной  Новомодовой — типичной по своему нраву и образу мыслей придворной дамы последних десятилетий XVIII века. Применяя прием сдваивания образов, Крылов придал Новомодовой отдельные черты самой императрицы, а графу Дубовому, охотящемуся на оленей, специально завезенных и выпущенных в парк, черты всесильного князя Потемкина.


Сатира на Княжнина в «Сочинителе…» никогда никем не была замечена, но сам-то Княжнин, писатель, привыкший тоже к полускрытому проведению рискованных идей в своих пьесах, конечно, понял все намеки. Крылов преподал Княжнину урок, а тот оскорбился и ответил враждой не на жизнь, а на смерть. Репутация его как ведущего дворянского драматурга была настолько велика в глазах Соймонова и всего театрального начальства, что он смог закрыть дорогу Крылову на сцену. Конечно, Княжнин мог разъяснить и намеки по адресу Екатерины и Потемкина, бывшие в крыловской комедии. А это было и вовсе не безопасно и вело не только к лишению мест в театре, а и вообще к лишению места в жизни.


Крылов изобразил действительно типичную семью и домашний быт преуспевающего петербургского литератора. В одной из еден прямо показан процесс его литературного творчества: он требует, чтобы ему несли книги то одного, то другого французского автора, набирает от каждого по нескольку строк и таким образом составляет «свой» текст. В молодости Княжнин совершил растрату крупной суммы казенных денег, из-за чего поплатился как своим состоянием, так и положением на службе и в обществе. Впоследствии об этом забыли. Крылов же в своей пьесе неделикатно напомнил об этом эпизоде в жизни своего предполагаемого друга, ставшего врагом. Жена Княжнина недвусмысленно названа в пьесе Тараторой и изображена развратной кокеткой.


Острота личных нападок Крылова на Княжнина и его жену сочтена уже в ого время чрезмерной, и Крылова оправдывали, только учтя его юношескую запальчивость и самолюбие.


Однако пи раньше, ни в наше время не обращалось внимания на то, верна ли эта критика, соответствовали ли сатирические выпады Крылова тому, что было в действительности.


А между тем, крыловская характеристика литературного метода Княжнина, подчас чрезмерно использовавшего произведения своих зарубежных предшественников, по сути дела повторена Пушкиным, который назвал Княжнина «переимчивый Княжнин». Растрата казенных денег действительно была в свое время совершена Княжниным; что же касается характеристики Е. Л. Княжниной, то она никогда фактически не опровергалась. Так что Крылов не «наплёл вздора», как писали 0 нем, а, в худшем для пего случае, сообщил то, что вспоминать было неделикатно.


По эта «неделикатность» отнюдь не была проявлением «юношеской запальчивости», а скорее остроумным дипломатическим ходом уже опытного радикального литератора. В «Проказниках» нет не только острых, но и никаких -явных политических выпадов против самодержавия Екатерины. Сняты и упреки Княжнину за угодничество перед императрицей и ее окружением. Вся сатира перенесена в остро личный план. Тем самым критика творчества Крылова Княжниным и лицами, его поддерживающими, выглядела не как ответ на его общественную позицию, а просто как проявление личной неприязни к автору «Проказников». Их же социальная критика могла быть ему очень опасной.


На сторону Княжнина открыто встал директор театра Соймонов. В результате Крылов был вынужден не только распроститься с надеждой на работу в театре, но и уйти, как мы уже сказали, со службы в Горном ведомстве.   На «прощание»   он  написал   и  Княжнину,  


Соймонову по письму, которые еще и распространил в обществе. В этих «открытых» письмах он так же, как и в «Проказниках», в резко личном тоне сводил счеты со своими врагами, критикуя их мораль и нравы, их отношение к литературе и театру. Соймонова он прямо именует подлецом и глупцом. Он упрекает Княжнина, «что нельзя бранить ни одного порока, не прогневаю вас или вашей супруги», и насмешливо предлагает ему «выписать… все те гнусные пороки, которые вам или вашей супруге кажутся личностию, и дать знать мне, а я с превеличайшим удовольствием постараюсь их умягчить, если интерес комедии не позволит совсем уничтожить».


Как видим, «вспыльчивость» Крылова продолжалась годами. А это указывает па то, что и «Проказники», и письма Княжнину и Соймонову, написанные в еще более резкой форме, переходящей в прямые оскорбления,— определенная линия поведения, тактика, вызванная не менее острыми обстоятельствами. Из письма Соймонову видно, что это за обстоятельства.


Пытаясь удержаться в театре и продолжая писать для сцены, Крылов создал оперу «Американцы». Соймонов обвинил автора в том, что тот в одном из эпизодов «револьтирует» зрителей… «Револьтирует», то есть возбуждает, революционизирует. Мы знаем, что замечание Екатерина, сделанное Фонвизину по поводу его «Вопросов», замечание, что один ИЗ НИХ произошел от «вольномыслия», ПОЧТИ прекратило литературное творчество этого писателя. В словах же Соймонова прозвучало еще более страшное по тем временам обвинение. Если бы оно стало признано более широко, то это могло бы повести не только к изгнанию из театра, а и к более страшным последствиям. Вот Крылов и постарался уйти от опасного обвинения, начав невероятно острую, бьющую в глаза ссору со своими врагами, стараясь все свести к ней и спорам по литературно-теоретическим вопросам.


Не вспыльчивость и чрезмерное самолюбие руководили Крыловым при создании «Проказников» и написании писем к Княжнину и Соймонову: Крылов критиковал Княжнина, придерживаясь определенных границ, а иногда И фактически оправдывая его. Неизвестно, откуда взялось утверждение, что Княжнин растратил казенные деньги, поддавшись случайному увлечению, проигран их в карты, последнее время выяснено, что Княжнина судили за растрату денег, которые он брал в разное время «для собственных надобностей». Прежняя версия о карточном увлечении, предположение, что, возможно, Княжнина, скажем, напоили и бесчестно обыграли, отпадает: дело, значит, в систематическом, сознательном растранжиривании казенных сумм. Если обратиться к «Проказникам», то ясны причины поступка Княжнина. Рифмокрад в денежных делах полностью подчинен супруге. По Крылову, так сказать, получается, что в растрату ввела Княжнина его жена. Он пострадал из-за чрезмерной ее власти над ним.


Крылов пытался «Сочинителем…» повлиять на творчество Княжнина, предостеречь от унижающего его как писателя и человека низкопоклонства перед императрицей и ее вельможами, пытался своим творчеством руководить литературой, на примере Княжнина давал урок другим писателям, которые соблазнились бы пойти по тому же пути, на который встал Княжнин своими пьесами «Титовым милосердием», «Росславом», изданием собрания сочинений при покровительстве самой императрицы, так сказать, из-под ее руки. Не оставил он стремления повлиять на Княжнина и в «Проказниках». По этой пьесе видно, что Крылов считал вредным влияние на Княжнина его жены: Таратора поощряет все самое плохое в Рифмокраде — его чрезмерное самомнение, пренебрежение к другим писателям, она толкает его на ссоры и является в них застрельщиком и главным действующим лицом.



1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 |
© 2000–2017 "Литература"