Головна | Правила | Додати твір | Новини | Анонси | Співпраця та реклама | Про проект | Друзі проекту | Карта сайта | Зворотній зв'язок

Сочинение по произведению Чехова «Мужики»

1.01.2011

Жить по правде очень трудно. Особенно если общество, в котором ты живешь, насквозь фальшиво. Почти каждое из литературных произведений посвящено борьбе героя за право жить честно, за возможность быть счастливым благодаря той правде, которая соответствует всеобщим нравственным принципам Рассмотрим тему на примере творчества одного из самых “правдивых” писателей — А П.Чехова. Даже в этот тяжелый и суровый период творчества Чехов не ограничивался изображением мрачных сторон действительности, но искал проблески в душе своего героя.


С середины 90-х годов в общественной жизни России началась новая историческая полоса. В дневниковой записи В Г. Короленко читаем: “Общество ждет и надеется”. Почти в тех же словах говорит об этом времени Чехов: “Все ждут и на что-то надеются”.


Важная тема повестей и рассказов этих лет может быть определена названием одного из его рассказов — “Человек в футляре”. Это заглавие вполне сопоставимо с гоголевским образом — “Мертвые души”. “Футляр” становится у Чехова символом всей жизни, “не запрещенной циркулярно, но и не разрешенной вполне”. Если говорить обобщенно, содержанием многих его произведений является борьба “человека” и “футляра”.


Повесть “Мужики” вызвала особенно острые споры. Писатели-народники любили изображать деревню как царство доброй и наивной патриархальности, не тронутое “язвами” капитализма. В ней они видели единственное спасение от тлетворного влияния городской цивилизации.


Беспощадно-правдивое изображение деревни в чеховской повести “Мужики” наносило удар этим фальшивым представлениям. “Ее читали, обсуждали, по поводу ее много спорили. Впечатление от нее было ошеломляющее. Как обухом по голове” (Н.И.Иванкжов). Чехова упрекали в том, что он не видит ничего светлого в жизни деревни. Однако писатель никак не заслуживал подобных обвинений. Герои его “Мужиков” действительно невежественны, забиты, но по сути они человечны. “Да, жить с ними было страшно, — думает героиня повести Ольга, — но все же они люди, они страдают и плачут, как люди, и в жизни их нет ничего такого, чему нельзя было бы найти оправдание”.


Когда критики спорили о “Мужиках”, об отношении писателя к деревне, они не знали, что Чехов работает над продолжением повести. В ее опубликованной части говорилось о том, как лакей Николай Чикильдеев заболел и поехал с женой Ольгой и дочкой Сашей на поправку. Они попадают в царство бедности, забитости и страданий. Николай умирает, а Ольга и Саша, побираясь, идут в Москву. В том продолжении повести, которое осталось у Чехова в виде незаконченных черновиков, описывалась горестная жизнь Ольги и Саши уже в Москве.


С глубокой любовью, как всегда у Чехова сдержанной, нигде прямо не высказанной, рисует он судьбу девочки Саши — ее путь из детства на самое дно жизни. От матери она унаследовала не только мягкость, доброту, поэтичность, но также: “Терпи и все тут”. Незаконченная повесть обрывается в тот момент, когда Ольга, служащая в меблированных комнатах, уволенная, исчезает, а Саша идет на улицу. Чехов обнаружил редкостное “двойное зрение”: пристально изучая жизнь и быт, окружающие Сашу сначала в деревне, а затем в городе, он внимательно вглядывался во внутренний мир маленькой героини трагической мужицкой и городской эпопеи.


Однако как ни страшна жизнь, как ни горестна судьба человека и народа, писатель не ставит окончательной точки в конце произведения, оставляет финал открытым. Чеховская правда, верность действительности, суровое изображение самых мрачных ее сторон — все это не отнимает у читателя веры в жизнь, надежды на то, что она может стать иной.


Простой человек, труженик — это один из вариантов главного чеховского образа. Таков герой рассказа «Попрыгунья». Доктор Дымов — душевно богатый и сильный человек, чья душевная мягкость, доброта, робкая, всегда немного виноватая деликатность, простота лишь подчеркивают его волю, неутомимость в труде, настойчивость в достижении цели, преданность своей науке.


Среди знаменитостей, окружающих его жену, Ольгу Ивановну, доктор Дымов представлялся слишком обыкновенным, ординарным, незначительным. А когда Дымов умирает, заразившись дифтеритом от мальчика, у которого через трубочку высасывал дифтеритную палочку, то один из его коллег, доктор Коростелев, говорит Ольге Ивановне, что это «был великий, необыкновенный человек. Какие дарования! А какая нравственная сила! Добрая, чистая, любящая душа, — не человек, а стекло! Служил науке и умер от науки. А работал, как вол, день и ночь, никто его не щадил, и молодой ученый, будущий профессор, должен был искать себе практику и по ночам заниматься переводами, чтобы платить вот за эти …подлые тряпки!»


Дифтерит — не главная причина, из-за которой оборвалась молодая жизнь Дымова. Дифтерит был лишь «сообщником» Ольги Ивановны. Она не поняла, что великий человек, поисками которого она занималась всю жизнь, жил рядом с нею. Она проглядела, «пропрыгала» главное, не поняла ни красоты, ни силы Дымова, не сумела видеть необыкновенное в обыкновенном.


Во всем облике Дымова читатель угадывал черты Сеченова, большого русского ученого. Чехов глубоко чувствовал национальный характер людей этого склада, повседневный героизм их исполинского труда, их беспредельную скромность, нравственную силу, несгибаемое упорство, преданность делу культуры, благородную любовь к родине и народу. Создавая образ Дымова, Чехов вложил в него свое восхищение типом русского ученого.


В романе, завязавшемся между Рябовским и Ольгой Ивановной, развивается тема обыкновенности и исключительности личности. Ольга Ивановна, «попрыгунья», ищет величие в необыкновенном, исключительном, в ее понимании великий человек — это избранная личность, высоко возвышающаяся над толпой «обыкновенных», «маленьких», людей. Характерно для Чехова, что в самой измене Ольги Ивановны Дымову выразились ее презрение к «обыкновенным», «маленьким» людям, ее представления о великом человеке как об избранной личности, возвышающейся над толпой. Образ «попрыгуньи», всю свою жизнь «прыгающей» в поисках исключительного, великого человека, — в конечном итоге сатирический образ.


Свой рассказ о докторе Дымове и его жене Чехов сначала назвал «Великий человек». С таким названием он послал его в редакцию журнала «Север». Но название не удовлетворило его. Он писал редактору журнала: «Великий человек» мне совсем не нравится. Надо назвать как-нибудь иначе — это непременно. Назовите так — «Попрыгунья». Не забудьте переменить».


Возможно, что название «Великий человек» казалось Антону Павловичу нескромным. Но оно верно передает все существо дела. Ложному величию Чехов противопоставил в рассказе подлинное величие простого и скромного, «обыкновенного» человека. Любимые герои Чехова — обыкновенные русские люди. В каждом из них мы ясно видим не только отдельного человека, но и всю его среду, целые пласты самой жизни. За фигурой чеховского Дымова мы ясно ощущаем множество трудовых людей.



1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 |
© 2000–2017 "Литература"