Головна | Правила | Додати твір | Новини | Анонси | Співпраця та реклама | Про проект | Друзі проекту | Карта сайта | Зворотній зв'язок

Был ли выход у Катерины Кабановой?

15.07.2011







Драма «Гроза», написанная в 1859 году, в пору общественного подъема накануне крестьянской реформы, как бы венчала первый этап творческой деятельности Островского, цикл его пьес о «темном царстве». Эта пьеса была необыкновенно популярна. Драма была поставлена на сценах почти всех театров России: от крупных столичных до театров маленьких, затерянных городишек. И неудивительно, ведь Островский в пьесе показал новую героиню, символизировавшую протест против старого уклада, символизировавшую ростки новой жизни. А именно так пьеса была воспринята общественностью. Даже цензоры восприняли «Грозу» именно как общественную пьесу, так как требовали от Островского вовсе убрать Кабаниху: им почудилось, что Кабаниха пародия на царя, «Николай Павлович в юбке».


По словам В. Лакшина, «Гроза» поразила современников Островского своей «поэтической силой и драматизмом рассказа о судьбе Катерины». Пьеса была воспринята как обличение купеческих норм нравственности и произвола, господствовавших в стране.


Я думаю, что никто не будет спорить с тем, что судьба Катерины действительно драматична. Она, возможно, сама того не осознавая, протестовала против самодурства и деспотизма общества, в котором жила. Ее добровольная смерть как раз и есть вызов этой самодурной силе. Но возможен ли был иной исход?


После некоторых размышлений можно прийти к мнению, что теоретически у Катерины Кабановой все же был выбор. Попробуем проанализировать возможные разрешения конфликта пьесы.


Первый и, пожалуй, самый желанный путь – это уехать с Борисом. Именно на это надеется бедная женщина, когда идет на последнее свидание с любимым человеком. Но Борис, этот «образованный Тихон», не в состоянии отвечать за свои поступки, не в состоянии взвалить ответственность на себя. Он отказывает Катерине. Последняя надежда рушится.


Второй путь – получить развод. Но в то время, чтобы получить развод, можно было прождать очень долго, да и нужно было пройти все инстанции, испытать все унижения. Если развод был редок в дворянских семьях (вспомним Анну Каренину), то для купеческой семьи он был просто невозможен.


Третий путь – уйти в монастырь. Но мужнюю жену не могли принять в монастырь. Ее бы там все равно отыскали и вернули к мужу.


Четвертый и самый страшный путь — путь Катерины Измайловой. Избавиться от мужа и свекрови, убить их. Но не может Катерина Кабанова избрать этот путь, не может причинить другому человеку боль, не может нарушить пятую заповедь «не убий», так как необыкновенно набожна.


Не могла Катерина и жить по принципу Варвары: «Делай что хочешь, лишь бы все шито да крыто было». Натура Катерины не может смириться с ложью. Просто уйти от мужа и вернуться в родительский дом было нельзя, ее бы нашли и вернули, а ее позор лег бы на всю семью.


Оставался еще один путь — жить с Тихоном по-прежнему, ведь он ее по-своему любил и простил ее грех. Но могла ли Катерина выслушивать ежедневные понукания и упреки свекрови? Да и главное не в этом. С Борисом Катерина испытала настоящую любовь, познала прелесть близости с любимым человеком, радость находиться в его объятиях. И разве можно после этого жить с нелюбимым мужем, находящимся под каблуком Кабанихи, мужем, который даже не способен защитить жену от оскорблений матери? Конечно же, нет! Полюбив Бориса, Катерина уже не могла любить никого другого. Ее цельная натура, идущая на поводу у чувства, не допускала даже мысли об этом. Она и думать о возвращении в дом Кабановых не могла: «Мне что домой, что в могилу — все равно. Да, что домой, что в могилу!.. В могиле лучше… А об жизни и думать не хочется… И люди мне противны, и дом мне противен, и стены противны!.. Жить нельзя! Грех!»


Таким образом, единственным выходом для Катерины было самоубийство. Такое решение вовсе не слабость, а сила ее характера. Известно, что самоубийство в христианской традиции – величайший грех. Самоубийц хоронят за оградой церкви и не отпевают. Но и это не пугает набожную Катерину. «Молиться не будут? – восклицает она. – Кто любят, тот будет молиться…» Такой душевной одаренности и такой цельности, как у Катерины, одна награда – смерть.


Безусловно, Катерина – «луч света в темном царстве», но с ее смертью он не гаснет. Луч пробил брешь среди грозных туч – мира Диких и Кабаних. Эта брешь- язва в «темном царстве». Смерть Катерины служит немым упреком как Борису, «слепо покоряющегося воле Дикого», так и Тихону, «безвольной жертве страха перед матерью». Катерина заставляет внутренне встрепенуться апатичного Тихона, который в исступлении обвиняет мать: «Вы ее погубили! Вы! Вы!»


В. Лакшин писал об этой последней сцене драмы: «Эта, хоть по всей видимости и непрочная, победа перед страхом авторитета составляет содержание едва ли не самой психологически острой и смелой сцены, достойно венчающей всю драму».


Город Калинов, изображенный А. Н. Островским в пьесе «Гроза», — это и реальный город, типичный для России 60-х годов XIX века, и обобщенный образ русского купечества, и символ России середины прошлого столетия в целом.


В основе композиции пьесы — принцип контраста. Красота, гармония волжского пейзажа противопоставлена жестокости и несправедливости человеческой жизни.


«Чудеса, истинно надобно сказать, что чудеса! Вид необыкновенный! Красота! Душа радуется. Пятьдесят лет каждый день гляжу на Волгу и все наглядеться не могу». Этими восторженными словами механика-самоучки Кулигина начинается пьеса. Но люди, живущие рядом с Кулигиным, не замечают красоты природы.


Дикой, Кабаниха, Феклуша, горожане невежественны и духовно убоги. Феклуша рассказывает, что люди огненного змея для скорости придумали. На что Кабаниха замечает, что пусть ее хоть золотом осыпают, но она на нем не поедет. Дикой считает, что гроза Богом в наказание посылается. Горожане уверены, что Литва с неба упала.


Кулигин дает точную характеристику калиновцам. Он критикует жестокие нравы жителей города, мещанскую грубость. Горюет о «бедности нагольной». Рассказывает, как у них в городе из зависти друг к другу торговлю подрывают, как на гербовых листах кляузы строчат на ближних. Как потом судятся, успокаивая себя мыслями: «Я потрачусь, да уж и ему в копейку станет».


Кулигин характеризует и семейные устои города. За высокими заборами льются «невидимые и неслышимые» слезы. Кабаниха «нищих оделяет, а домашних заела совсем».


Нравственные законы жизни людей подменяются в Кали-нове законом силы, власти и денег. Дикой, самый богатый человек в городе, ни дня не может прожить без ругани. Большие деньги развязывают ему руки и дают возможность безнаказанно куражиться над всеми, кто беден и материально от него зависим. Люди для него ничто. «Ты червяк. Захочу — помилую, захочу — раздавлю», — говорит он Кулигину. Но хоть и страшен Дикой своей необузданностью, внутренне это слабый человек. Даже Кабаниха замечает: «А и честь-то невелика, потому что воюешь-то ты всю жизнь с бабами».


Дикой обогащается, обманывая наемных рабочих, причем сам он не считает это преступлением. «Не доплачу я им по какой-нибудь копейке на человека, а у меня из этого тысячи составляются», — хвастливо говорит он городничему. «У кого деньги, тот старается бедного закабалить, чтобы на его труды даровые еще больше денег наживать». Представитель закона принимает откровения Дикого как должное, потому что сам от богача в зависимости.


Страницы: 1 2


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 |
© 2000–2017 "Литература"