Головна | Правила | Додати твір | Новини | Анонси | Співпраця та реклама | Про проект | Друзі проекту | Карта сайта | Зворотній зв'язок

Анализ стихотворения «Товарищу Нетте, пароходу и человеку»

7.12.2010

Образ Нетте с его внешней медлительностью то как бы проступает сквозь очертания медленно входящего в залив парохода «в блюдечках-очках спасательных кругов»; то создается в прямых зарисовках картин сохранившейся в память совместной поездки – «Помнишь, Нетте, – в бытность человеком ты пивал чаи со мною в дип-купе?». Случайный, казалось бы, повод – встречу с «пароходом-человеком» поэт использует не только для того. Чтобы несколькими штрихами возродить, вернуть путь к жизни образ замечательного человека, стойкого бойца революции, но и оказать весомые поэтические слова о самой революционной эпохе.


Стихотворение «Товарищу Нетте, пароходу и человеку» строится по той же схеме, что и многие другие стихотворение, например, «Сергею Есенину». Сначала возникает впечатляющая картина встречи с человеком, который спал пароходом; следующий за этим разговор с человеком и пароходом одновременно, не снижая образа героя, сообщает ему подлинную откровенность. «А далее – стих обретает патетическое звучание: речь идет о самом главном для поэта и его читателя, о том, что наполняет их жизнь высоким смыслом. Но и этого мало – в концовке поэтическая мысль предельно концентрируется, выражается с предельной четкостью, когда возможность недомолвок исключается напрочь» (А.С.Карпов).


У такого стиха есть свои достоинства: ясность мысли, напористость интонации, непосредственность обращения к аудитории.


Стихотворение «Товарищу Нетте, пароходу и человеку» пронизано мыслью о революции. Настоящее освещено в нем мечтой о коммунистическом будущем, когда весь мир станет «единым человечьим общежитием», – той мечтой, которая зародилась как глубокое народное стремление в прошлом и нашла свое выражение у классиков, например, у Пушкина и польского поэта Мицкевича («Когда народы, распри позабыв, в единую семью соединятся»).


Эпоха, в которую жил Маяковский, была временем огромных потрясений в жизни страны, и поэт такого масштаба, несомненно, не мог стоять в стороне от происходящего. Активная общественная позиция Маяковского выразилась, прежде всего, в его творческой деятельности: он пишет киносценарии для нового советского кино, много печатается в газетах, ездит с публичными лекциями по городам страны («менестрелит»), работает в РОСТА, создавая особого рода плакаты, так называемые «окна» (состоящие из нескольких рисунков агитационного или сатирического содержания и небольшого стихотворного текста под ним). Подобного рода работа мало отвечает, на первый взгляд, представлениям о возвышенном характере и высоком предназначении искусства. Для нескольких поколений русских поэтов императивом были строки А. С. Пушкина:


Восстань, пророк, и виждъ, и внемли,

Исполнись волею моей,

И обходя моря и земли,

Глаголом жги сердца людей.


В сравнении с этими строками «тысячи три плакатов и тысяч шесть подписей», рекламные стишки, памфлеты и прочие литературные однодневки должны показаться недостойными высокого звания поэта.


Я думаю, что мысль об этом и заставила Маяковского вновь и вновь обращаться к теме назначения, роли поэзии в жизни общества. «Необычайное приключение, бывшее с Владимиром Маяковским летом на даче», «Разговор с фининспектором о поэзии», «Домой», поэма «Во весь голос» — вот произведения, в которых он наиболее ярко раскрывает свое творческое кредо: «Нам слово нужно для жизни».

«Необычайное приключение…» — не просто образец лирической шутки, но серьезное размышление о том, чем должен быть поэт, и не только в данную конкретную эпоху, но и во все времена. Поэзия и солнечный свет представляются герою явлениями одного плана, их задача — борьба с тьмой, с отживающим «серым хламом». Стихи поэта и лучи солнца уподобляются оружию (впоследствии автор не раз вернется к этому сравнению), которое рушит враждебную свету стену мрака:


Стена теней, ночей тюрьма

под солнц двустволкой пала.


В конце стихотворения Маяковский провозглашает лозунг свой («и солнца»):


Светить всегда, светить везде,

до дней последних донца.


Стихотворение «Домой» еще раз подтверждает авторское отношение к поэзии как к оружию народа в борьбе за строительство новой жизни. Поэт должен чувствовать себя заводом, вырабатывающим человеческое счастье; к нему должны предъявляться те же требования, что и к прочим:


Я хочу, чтоб в дебатах

потел Госплан,

мне давая задания на год.


«Работа стихов» не менее важна, чем производство чугуна и стали, и поэтому автор считает, что труд поэта не отличается от работы в поле или у станка по степени своей нужности. Развитие этой мысли находим в стихотворении «Разговор с фининспектором». В шутливо-иронической форме Маяковский убеждает читателя в том, что поэзия — это общественный труд, и поэт — полноправный участник социалистического строительства:


Труд мой

любому

труду родствен.


Автор говорит о специфической сложности поэтического процесса — «в грамм добычи годы труда», — оспаривая позицию людей, подобных фининспектору, считающих поэзию занятием ненужным и несложным и числящих поэтов «в ряду имеющих лабазы и угодья». Иронизируя над бюрократическим подходом к искусству поэзии, лирический герой на вопрос о наличии «выезда» отвечает:


А что,

если я

десятки пегасов загнал

за последние пятнадцать лет?


Используя понятия, далекие от литературы, Маяковский заостряет свои мысли о поэзии, о ее месте в жизни общества. Он сравнивает стихи с динамитом, взрывающим города; «рядом с тлением слова-сырца» они испепеляют:


Эти слова приводят в движенье

тысячи лет

миллионов сердца.


Поэт у Маяковского одновременно и «народа водитель», и «народный слуга»; он должен идти впереди всех и, в то же время, для него невозможно существование вне народа. Рифма, которая в данном случае метонимически воплощает собой всю поэзию, предстает, с одной стороны, как «И ласка, и лозунг, и штык, и кнут» в настоящем; с другой стороны, как «ваше бессмертие» в будущем. Она — и оружие пролетариата, и его возможность остаться в веках. Программным по отношению к данной теме можно назвать вступление к поэме «Во весь голос». Лирический герой негодующе отзывается о тех, кто строчит романсы в страшное для страны время:


Неважная честь,

чтоб из этаких роз мои изваянья высились

по скверам,

где харкает туберкулез.


В поэме стихи вновь сравниваются с грозным оружием: «моих страниц войска», «кавалерия острот», «рифм пики». Они должны предстать глазам потомков:


Весомо, грубо,

зримо, как в наши дни

вошел водопровод, сработанный

еще рабами Рима.


Объекты, которые выбирает автор для сравнения со стихами, носят нарочито приземленный, материальный характер. В этом также отражается вера поэта в то, что литература есть производство, продукт которого — важен и непосредственно ощутим.

Отдельно следует сказать об отношении героя к славе, к признанию потомков. С высоты своего творческого альтруизма он провозглашает:


Мне наплевать на бронзы многопудъе,

мне наплевать

на мраморную слизь.


Герой мечтает о счастливом будущем своего отечества, в которое немало сил вложено и самим поэтом. «Слово — полководец человечьей силы», — говорит Маяковский. Поэзия нужна, чтобы бороться с «хламом» жизни и чтобы утверждать новую реальность — и она должна делать это в интересах рабочего класса. С данной точки зрения, «Нигде кроме как в Моссельпроме» — «поэзия самой высокой квалификации». Поэт огромного и многогранного таланта, Маяковский — лирик и трибун — считает своим предназначением, прежде всего, служение своему классу. Ради этого он отрекается от «личных мотивов», становясь «на горло собственной песне». И, хотя в одной из строк герой признается: «И мне агитпроп в зубах навяз», — но, проводя итоги творческой биографии, он имеет полное право заявить:


Я

всю свою

звонкую силу поэта тебе отдаю,

атакующий класс.



1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 |
© 2000–2017 "Литература"