Головна | Правила | Додати твір | Новини | Анонси | Співпраця та реклама | Про проект | Друзі проекту | Карта сайта | Зворотній зв'язок

Тема исторического прошлого родины в произведениях Пушкина

11.12.2010

Тема исторического прошлого родины всегда волновала Пушкина и как поэта, и как прозаика. Им были созданы такие произведения, как «Песнь о вещем Олеге», «Бородинская годов щина», «Полтава». «Медный всадник». «Борис Годунов». «История Пугачевского бунта» и, конечно же, «Капитанская дочка». Все эти произведения описывают разные исторические события, разные исторические эпохи: начиная с полулегендарных событий, описанных в древнерусском памятнике «Повесть временных лет», и заканчивая совсем еще свежими в памяти поэта и его современников событиями Отечественной войны 1812 года.


Одно из первых таких произведений — «Песнь о вещем Олеге», написанная в 1822 году, в котором дается поэтическая версия автора о кончине великого русского князя, прославившегося своими удачными военными походами и победами над сильными врагами, в частности над Византией: «Твой щит на вратах Цареграда».


Тема торжества русского оружия, героизма русского народа, победителя и освободителя, ярко и сильно звучит в произведениях, посвященных Отечественной войне 1812 года. Как прекрасны строки седьмой главы «Евгения Онегина», воспевающие подвиг Москвы:


Напрасно ждал Наполеон,

Последним счастьем упоенный,

Москвы коленопреклоненной

С ключами старого Кремля:

Нет, не пошла Москва моя

К нему с повинной головою.


В строках стихотворения «Воспоминания в Царском Селе» перед нами встают прославившиеся в боях «Перун кагульских берегов» Румянцев, «вождь полунощного флага» Орлов. Этой же теме посвящено стихотворение «Бородинская годовщина», написанное в 1831 году по поводу взятия предместья Варшавы.


Одно из центральных мест в творчестве Пушкина занимает образ Петра I. Пушкин видел в образе Петра I образцового правителя.государства. Он пишет в поэме «Полтава»:


Была та смутная пора,

Когда Россия молодая,

В бореньях силы напрягая

Мужала с гением Петра.


Похожие мысли встречаются и в «Медном всаднике», где он говорит о славном правлении Петра, называя его «властелином судьбы», поднявшим «Россию на дыбы» и прорубившим «окно в Европу».


Неоконченное произведение «Арап Петра Великого» продолжает эту тему. В этом произведении поэт рассказывает нам о своем предке, прадеде Ибрагиме Ганнибале.

В драме «Борис Годунов» Пушкин обращается к иной эпохе — эпохе Смутного времени. Это был период тяжелейших испытаний для России. Драма «Борис Годунов» в определенном смысле новаторское произведение, в котором народ показан движущей силой истории. В этом произведении автор, предвосхищая Достоевского, развенчивает теорию, что якобы цель оправдывает средства. Оба — и царь Борис, и Раскольников — совершают преступления, оправдывая себя «благими намерениями», забывая, что именно ими вымощена дорога в ад.


«Капитанская дочка» — наиболее значительное историческое произведение Пушкина по объему исследовательской работы, которую проделал автор. «Капитанскую дочку» Пушкин написал, работая над «Историей Пугачевского бунта» — документальным произведением со свидетельствами, характеризующими ожесточение

противоборствующих сторон. Но «Капитанская дочка» — это художественное произведение. На разницу этих двух произведений указывала Марина Цветаева в эссе «Мой Пушкин», по-своему оригинально проведя границу между понятием реализма и романтизма. Пушкин-исследователь знает кровавую Цену восстания со всеми ужасающими подробностями. Пушкин-поэт помнит о ней, устами Швабрина пугая Машу участью Елизаветы Хардовой. Помним о ней и мы, думая о возможности Гринева отправиться, как и его прототип сержант Кар-мицкйй, с камнем на шее «вниз по Яику». Эту поэтизацию, этот романтический ореол вокруг Пугачева, созданный Пушкиным, Марина Цветаева назвала словом «чара».


В повести «Капитанская дочка» Пушкин впервые разработал новый эпический жанр — жанр исторической повести, исторического романа. Отдавая дань поэту, наш современник Давид Самойлов так напишет об этом удивительном произведении:


Крестьянский бунт,

Начало русской прозы.

Не Свифтов смех,

Не вертеровы слезы,

А заячий тулупчик Лугача,

Насильно снятый с барского плеча.



1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 |
© 2000–2017 "Литература"