Головна | Правила | Додати твір | Новини | Анонси | Співпраця та реклама | Про проект | Друзі проекту | Карта сайта | Зворотній зв'язок

Главный композиционный приём «Отцов и детей»

4.08.2010

Главный композиционный приём «Отцов и детей» — антитеза, противопоставление. Тургенев так строит роман, что две борющиеся силы всё время находятся в центре внимания читателя. Особое место при этом отведено Базарову: в романе 28 глаз, и только в двух из них не появляется Базаров. Умирает Базаров — кончается роман, и Тургенев, в коротком послесловии бегло досказывая дальнейшую судьбу остальных героев, последние, глубоко прочувствованные строки посвящает Базарову.


Идейное лицо героев тургеневских романов отчётливее всего выступает в спорах. Спорами переполнены романы Тургенева. И это отнюдь не случайно. Рудины и Лаврецкие — люди 40х годов, герои первых романов Тургенева — выросли в духовной атмосфере московских кружков, где велась непрестанная борьба мнений и где идейный спорщик был типичной, исторически-характерной фигурой. С ещё большим ожесточением отражая; классовые противоречия и разногласия, переходя в резкую журнальную полемику, велись идейные споры в 60е годы. В «Отцах и детях» они отражены спорами, «схватками» между Кирсановыми и Базаровым. Важнейшее значение в романе поэтому приобретает диалог и спор.


Старая, уходящая Русь не сдаётся без боя, новая, молодая Россия не только не уклоняется от него, но неизменно выходиг победителем из столкновений. «Базаров, по-моему, постоянно разбивает Павла Петровича, а не наоборот»,— писал Тургенев одному из своих знакомых, и в этих словах писателя выразилось его понимание духовного превосходства демократии над барством.


Тургенев — великолепный мастер речевых характеристик. Его герои говорят так, что словами передаются не только их мысли, но и характеры, привычки, неповторимое человеческое своеобразие.


Сурова и проста, как и сам герой, речь Базарова. От неё веет большой сдержанной силой, прямотой, чувством человеческого достоинства, верой в себя и в своё дело. Выше уже говорилось о том, что основой речи «плебея» Базарова является язык народа. Базаров не только постоянно пользуется пословицами и поговорками: он, враг манерной, утончённой речи, охотно пользуется просторечными, подчас грубоватыми словами и выражениями: пора бросить эту ерунду; слыхали мы эту песню; врал, должно быть; чёрт меня дёрнул; ан нет; тоска одолеет; рассиропился, белиберда, плюхнуть и т. д.


В противоположность Базарову, Павел Петрович говорит с подчёркнутой, «изысканною учтивостью»: «Вы изволите выражаться», «я имею честь предложить вам», «чувствительно вам обязан»,, «засим, милостивый государь, мне остаётся только благодарить вас и возвратить вас вашим занятиям. Честь имею кланяться».


Эпизодические персонажи часто обрисованы у Тургенева при помощи выразительной речевой детали. Так, «цивилизованный» лакеи Пётр, который «совсем окоченел от глупости и важности», произносит все: тюпюрь, сварливая, злая тётка Одинцовой, «княжеское отродье», по меткому определению’ Базарова, произносит только одну фразу: «А что пишет кнесь Иван?» — и в этих нескольких словах угадывается её старомодная  спесивость.


Портреты героев помогают понять их духовную сущность. Особенно наглядно это видно на контрастных портретах Базарова и Павла Петровича. Если лицо Базарова, его «красные


обнаженные» руки, «балахон с кистями», вся его «одежонка» рисуют портрет челозека, близкого народу, то «изящный и породистый» «облик» Павла Петровича, его красивые белые руки «с длинными розовыми ногтями» («ногти, хоть на выставку посылай!»^насмешливо замечает Базаров Аркадию), «душистые усы», «английский сьют, модный низенький галстук», «удивительные воротнички» и то, что Базаровым Павел Петрович только «слегка наклонил свой гибкий стан… но руки не подал и даже положил её обратно в карман»,— создают образ холеного и надменного аристократа.


Один из лучших пейзажистов в мировой литературе, Тургенев запечатлел в своих рассказах, повестях   и   романах   мир русской природы. Его пейзажи   отличаются   безыскусственной красотой, жизненностью, поражают удивительной   поэтической .зоркостью и наблюдательностью.


Как и во всех произведениях Тургенева, пейзаж в «Отцах и детях» приобретает важное значение. Так, начальный пейзаж романа (глава III), изображающий бедность, нищету, («Речки с обрытыми берегами, и крошечные пруды с худыми плотинами, и деревеньки с низкими избёнками под тёмными, часто до половины размётанными крышами; и покривившиеся молотильные сарайчики… и церкви… с обвалившеюся кое-где .штукатуркою… и разорёнными кладбищами…»), как бы подводит к мысли о необходимости уничтожения тех порядков, которыми порождена эта бедность и запустение. И в той же главе картина весеннего пробуждения природы вносит в роман светлую, бодрую ноту надежды на то, что час обновления родины не за горами.


Нелепость, вздорность затеянной Павлом Петровичем дуэли с Базаровым оттеняется описанием «славного, свежего» утра (глава XXIV),: росы, которая «блистала серебром на паутинках», неба, с которого «сыпались песни жаворонков», фигурой крестьянина, гнавшего «двух спутанных лошадей». («Вот этот тоже рано встал,— подумал Базаров,— да, по крайней мере, за делом; а мы?»)


Пейзажем главы XI (описание летнего вечера) Тургенев показывает, как глубоко и сильно действует природа на человека, являясь источником его настроений, чувств, мыслей. Картина вечереющего дня настраивает Николая Петровича на мечтательный лад, будит в нём грустные воспоминания и даёт опору той мысли, что (вопреки мнению Базарова: «И природа пустяки») «молено сочувствовать природе», наслаждаться её неумирающей  красотой.



1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 |
© 2000–2017 "Литература"