Головна | Правила | Додати твір | Новини | Анонси | Співпраця та реклама | Про проект | Друзі проекту | Карта сайта | Зворотній зв'язок

Творчество Пастернака

24.04.2010

Если правда, что художник творит затем, чтобы люди полюбили его самого, а на это намекает строка, ставящая перед поэтом задачу “привлечь к себе любовь пространства”, – то Пастернак не только в литературе, но и в жизни весь был таким творчеством.



Есть что-то общее между творчеством его отца – замечательного русского живописца Леонида Пастернака и его собственным. Художник Леонид Пастернак запечатлевал мгновение: он рисовал повсюду – в концертах, в гостях, дома, на улице, – делая мгновенные зарисовки. Его рисунки как бы останавливали время. Его знаменитые портреты живы до необычайности. И ведь, в сущности, его старший сын Борис Леонидович Пастернак, делал то же самое в поэзии – он создавал цепочку метафор, как бы останавливая и обозревая явление в его многообразии. Но многое передалось и от матери: её полная самоотдача, способность жить только искусством.


В самом начале поэтического пути, в 1912 году, Пастернак нашёл для выражения своей поэзии очень ёмкие слова:


И, как в неслыханную веру,

Я в эту ночь перехожу,

Где тополь обветшало – серый

Завесил лунную межу.

Где труд как явленная тайна,

Где шепчет яблони прибой,

Где сад висит постройкой свайной

И держит небо пред собой.

( “Как бронзовой золой жаровень ” ).


Чтобы включиться в поэтическую жизнь Москвы, Пастернак вошёл в группу поэтов, которую возглавлял Юлиан Анисимов. Группа эта называлась “Лирика”. И первыми напечатанными стихами оказались те, что вошли в сборник “Лирика”, изданный в 1913 году. Стихи эти не включались автором ни в одну из его книг и не перепечатывались при его жизни.


Мне снилась осень в полусвете стёкол,

Друзья и ты в их шутовской гурьбе,

И, как с небес добывший крови сокол,

Спускалось сердце на руку к тебе.

Но время шло, и старилось, и глохло,

И паволокой рамы серебря,

Заря из сада обдавала стёкла

Кровавыми слезами сентября.

Но время шло и старилось. И рыхлый,

Как лёд, трещал и таял кресел шёлк.

Вдруг, громкая, запнулась ты и стихла,

И сон, как отзвук колокола, смолк.

Я пробудился. Был, как осень, темен.

Рассвет, и ветер, удаляясь нёс,

Как за возом бегущий дождь соломин,

Гряду бегущих по небу берез.

(“Сон “)


В 1914 году выходит его уже самостоятельный сборник, названный им “ Близнец в тучах “. Сборник не привлёк к себе особого внимания. Лишь Валерий Брюсов одобрительно о нём отозвался. Сам Пастернак говорил: “Я старался избегать романтического наигрыша, посторонней интересности. Мне не требовалось громыхать их с эстрады… Я не добивался отчетливой ритмики, плясовой и песенной, от действия которой почти без участия слов сами собой начинают двигаться ноги и руки. Моя постоянная забота обращена была на содержание. Моей постоянной мечтою было, чтобы само стихотворение нечто содержало, чтобы оно содержало “новую мысль или новую картину “.

Стихи, написанные в те годы, частично были включены затем Пастернаком в цикл “Начальная пора” – цикл, которым обычно стали открываться его сборники стихотворений.


Я рос. Меня, как Ганимера ,

Несли ненастья, сны несли.

Как крылья, отрастали беды

И отделяли от земли.

Я рос. И повечерий тканых

Меня фата обволокла.

Напутствуем вином в стаканах,

Игрой печального стекла…

(“Я рос. Меня, как Ганимера …)


В 1917 году ещё до Октябрьской революции, вышла с цензурными изъятиями вторая книга стихов “Поверх барьеров “. Эти книги составили первый период творчества Пастернака, период поиска своего поэтического лица.

Ранний Пастернак стремился к “материальной выразительности “ в рамках “объективного тематизма ”, и это прежде всего осуществлялось в структуре образа. Поэтический образ соответствует действительности, но соответствие это – особого свойства. Образ строится на ассоциативном сближении предметов, явлений, состояний. Он конкретен в локальных пределах темы и одновременно передаёт внутреннюю целостность, нерасчленимость жизни. Завершается ранний период стихотворением ”Марбург”.


…одних это всё ослепляло. Другим–

Той тьмою казалось, что глаз хоть выколи.

Копались цыплята в кустах георгин,

Сверчки и стрекозы, как чашки, тикали.

Плыла черепица, и полдень смотрел,

Не смаргивая, на ковш. А в Марбурге

Кто, громко свища, мастерил самострел,

Кто молча готовился к Троицкой ярмарке…


Можно сказать, не принижая ряда других, может быть, даже более совершенных по тому времени стихотворений, что именно в “ Марбурге” Пастернак увидел жизнь” по – новому и как бы впервые”, то есть достиг зрелой оригинальности поэтической мысли.



1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 |
© 2000–2017 "Литература"