Головна | Правила | Додати твір | Новини | Анонси | Співпраця та реклама | Про проект | Друзі проекту | Карта сайта | Зворотній зв'язок

Великий трагик Эсхил

30.04.2010

Из греческих трагиков Эсхил ближе всего стоит к первоначальному источнику трагедии – дионисовым мистериям. Мысль Эсхила глубока, титанична, часто таинственна, язык его – смелый, богатый метафорами и оборотами


Источником всех конфликтов у Эсхила является независимый ни от людей, ни от богов фактор – судьба (Мойра), преодолеть которую не могут не только люди, но даже и сами боги. Коллизия свободной воли индивида с вмешательством непреодолимого фактора – судьбы – составляет лейтмотив трагедий Эсхила. В этом есть известная доля мистики, таинственности и суеверия, присущих Эсхилу и легко объясняемых исторически.


Эсхил жил в период великих событий греко-персидских войн и смены аристократического строя демократическим. Мысль и чувства человека были возбуждены всем происходившим, но его ум не был достаточно ещё вооружён научным знанием для разрешения вставших перед ним вопросов и проблем. В этом причина мистицизма и формализма как трагедии Эсхила, так и вообще греческой трагедии.


Вместе с идеей судьбы трактовалась и другая – идея возмездия. Всякое совершённое, сознательно или бессознательно, преступление неизбежно в силу рока влечёт за собой возмездие. Отчётливее всего идея возмездия проведена в трилогии «Орестейя». Сюжет «Орестейи» взят из мифа о возвращении героев. Аргосский царь Атрей совершил тяжёлое преступление, накормив своего брата Фиеста жареным мясом его собственных детей. Атрей сделал это из мести за обольщение Фиестом его жены. Однажды совершённое преступление в силу неизбежного объективного закона влечёт за собой серию других, столь же ужасных преступлений. Жена Агамемнона, сына Атрея, Клитеместра вступает в связь с сыном Фиеста Эгисфом. Вернувшийся из-под Трои Агамемнон становится жертвой мести Клитеместры, мстящей ему за убийство дочери Ифигении. Удовлетворившая жажду мести Клитеместра в свою очередь становится жертвой мести со стороны своего сына Ореста, мстящего матери за убийство отца. Таким образом, Клитеместра и её любовник Эгисф получают справедливое отмщение судьбы. В последней части трилогии, «Эвменидах», Эсхил представил Ореста, преследуемого злыми Эриниями, богинями мести. Орест прибывает в Афины и предстаёт перед судом ареопага, который учреждается для этого самой Афиной, Ареопаг вы


носит оправдательный приговор. Эринии, успокоенные Афиной, превращаются в Эвменид, благодетельных богинь-покровительниц. Использованный Эсхилом мифологический сюжет об оправдании Ореста отражал глубокую старину и возник в эпоху борьбы между отживающим материнским правом и утверждающемся отцовским правом.


«Эвмениды» поставлены были в 458 г . и отразили острую политическую борьбу, связанную с реформами Эфиальта. Эсхил, призывая к согласию и предупреждая против междоусобий, выступил в защиту ареопага, этого оплота аристократии, подчёркивая давнее его учреждение.


Идея возмездия и идея примирения взаимно переплетаются и в другой трилогии, приписываемой Эсхилу, – «Прометей». Трилогия «Прометей» состояла из трёх частей: 1) «Прометей, похищающий огонь», 2) «Скованный Прометей» и 3) «Освобождённый Прометей» (до нас дошла только вторая). Ум и воля титана Прометея подымаются против несокрушимого объективного закона Мойры. Прометей, похитивший огонь у Зевса и передавший его людям, за свою дерзость пригвождён Зевсом к скале горного хребта Кавказа. Кузнец Гефест тяжёлым молотом ударяет его по груди, но гордый титан (Прометей) не сдаётся.


В «Прометее» сплетаются два мотива, созвучные переходной эпохе, в которую жил «отец эллинской трагедии»: жажда свободы и творчества и объективная невозможность получить свободу. Сознание и воля индивида – будь то бог, титан или человек – стремятся к освобождению, но в своём стремлении наталкиваются на непреодолимые факторы в виде всякого рода традиций и предрассудков – кровных, локальных, религиозных и т. д., называемых на языке античных трагиков судьбой.


Идея судьбы и возмездия, встречающаяся в произведениях Эсхила, с ещё большей определённостью выступает в произведениях другого греческого трагика – Софокла.



1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 |
© 2000–2017 "Литература"