Головна | Правила | Додати твір | Новини | Анонси | Співпраця та реклама | Про проект | Друзі проекту | Карта сайта | Зворотній зв'язок

Страницами любимых стихотворений – Евгений Маланюк

8.06.2011

Скольких учеников пронизывает ужас от одной только его фамилии. Как же можно говорить о любимых поэзиях! Но… нужно. И, взяв в руки сборник поэта, я углубилась в его поэзии. Через два часа напряженной умственной работы мне пришло в голову, что стихи Е. Маланюка все же могут быть любимыми. Попробую объяснить, почему. Величественная и трагическая фигура поэта-эмигранта, «железных императора строф» предстает передо мной со страниц скромной книжки под странным названием «Неисчерпаемость». Я будто чувствую внимательный, пристальный, печальный, а порой и грозный взгляд, взгляд через годы поэта, который становится моим собеседником. Где-то глубоко в сознании звучит голос, низкий, торжественный, который произносит эти слова, которые черными каракулями покрывают чистоту страниц. Я вслушиваюсь в эти слова, но не понимаю их, терпеливый голос повторяет сказанное второй, третий и… Медленно будто отодвигается завеса, куда-то в сердце, в душу льется бурный поток пылких, противоречивых чувств, горячих страстей, понятным, близким становится тот изгнанник, который душой всегда был с Украиной:


Что мне телефоны, Версаль, экспрессы?


Зачем гром Аргентины? Чудеса Ниагар?


Снится синяя Синь и ивы над плесом,


Вольный ветер Херсонщины, ветер-дударь.


Печаль, тоска звучит в этом таком далеком и уже знакомо-близком голосе, ибо душа устала любить без ответа, без надежды:


Где же найти нам Тебя лучшую


Сердцем, полным Тобою доверху.


И от невыносимой боли за судьбу такой любимой страны, которая отталкивает своих лучших сыновей, заставляя их скитаться на чужбине, за народ, который не защищает своей матери, льются из сердца поэта слова – кровавые капли:


Тебя бы конем татарским гнать,


Пока аркан не заплели!


Ибо Ты любовница, а не мать,


Обманчива Бранка степная!


Но любовь прощает все. Опять признается Е. Маланюк Украине в неизмеримой любви, возвеличивает ее, ставит наравне с Богом и просит прощения за свою гордую и неудержимую натуру, за проклятия, на которые он решался:


Я припадаю снова к Твоим ногам, -


Прости, прости, – молю, неутешительный мытарь,


Прости, что я – последний печенег,


Прости, что я не сын, не сын Тебе еще…


Кому, скажите, не станет близким этот человек, который болела за нас – тех, кто жил и будет жить, – ради нас «вырезал стихи из кровавого мяса дней»? Неужели не зажжет в душе хоть искру огня священного пожертвование художника, который сам лишил себя возможности жить нормальной жизнью, что сделал себя выразителем своего народа:


Талант – лирический источник. Так что – не поэт, кто лишь неустанно журчит о добре и зле. Поэт – мотор! Поэт турбина!».


Но, пожалуй, больше всего привлекает меня в Маланюке его человечность, его нежность, Та прекрасная любовь, которая вылилась в строго-ласковые строки:


Сколько нежности в Ваших ладонях,


Сколько звездных у звезды сказок…


Снова пылаю в сладком плену,


Снова Сахара, жажда и песок.


Вот почему этот суровый, непонятный воин может быть любимым поэтом, вот почему страницы его сборников можно листать с настоящим удовольствием. Давайте же учиться думать, мыслить чувствовать, давайте учиться жить по-настоящему, всерьез!



1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 |
© 2000–2017 "Литература"