Головна | Правила | Додати твір | Новини | Анонси | Співпраця та реклама | Про проект | Друзі проекту | Карта сайта | Зворотній зв'язок

Повесть Гайдара «Военная тайна»

15.02.2010

В 1932 году Гайдар пишет повесть «Дальние страны». Она убеждает читателя в том, что никто не может находиться в стороне от перемен, происходящих во всей стране. Активными участниками строительства нового становятся и дети. Гайдар воссоздает в повести жизнь 30-х годов во всей ее полноте: здесь и живые приметы строительства, и изображение классовой борьбы в деревне, и воспоминания о гражданской войне. Писатель показывает, как сама действительность активизирует ребят — героев повести: те «дальние страны», о которых мечтали друзья, существуют не где-то за тридевять земель, а здесь, в обычной, повседневной жизни. В этой повести; так же как и в других произведениях А. Гайдара, отразились стремление писателя передать романтику детства, героику  строительства и мысль о необходимости защиты  Отечества.


«Военная тайна» В 1933 году в издательстве «Молодая гвардия» была напечатана «Сказка о Военной тайне, о Мальчише-Кибальчише и его твердом слове». Сама же повесть «Военная тайна», в которую вошла вставной новеллой эта сказка, была закончена во второй половине 1934 года и опубликована в журнале «Красная новь» в 1935 году. Повесть «Военная тайна» показалась некоторым критикам «в целом неудачной и достаточно традиционной», но вызвала много теплых детских писем и положительных отзывов читателей. В том же году повесть вышла отдельной книгой, а в 1935 году появилось новое издание, доработанное Гайдаром.


Символически названная, повесть «Военная тайна» собирает в единый узел многие проблемы, связанные с воспитанием подростков в стране. Горьковский принцип: «Воспитывать — значит революционизировать» — в полной мере осуществляется Гайдаром, показывающим формирование подрастающего поколения в коллективе, в пионерской организации. Это новый аспект проблемы воспитания в творчестве писателя. Местом действия избран Артек, знаменитый пионерский лагерь с прочно утвердившейся романтикой пионерских традиций, интернационального единства.


Натка Шегалова познакомилась в поезде с мальчиком Алькой и его отцом, высоким сероглазым человеком со шрамом ниже левого виска. Отец едет в Крым на строительство водопровода; там состоялась вторая встреча с Наткой, которую попросили заменить дней на шесть заболевшего вожатого. Так появляется новый в творчестве Гайдара характер — молодого воспитателя, любящего свое дело, ищущего подход к сердцам ребят, стремящегося сделать их верными гражданами своей Родины. Для Натки главное не то, что у Альки папа русский, а «мама румынская», что Иоська — еврей, Владик — поляк, Эмине — башкирка, главное, чтобы все они были «советские», чтобы «любили свою страну еще больше». Для нее это и есть воплощение Военной тайны, которую «пусть разгадывает, кто хочет». И снова появляется лейтмотив гайдаровского восприятия жизни, он звучит в сказке Натки о Мальчише: «Гоп! Гоп!.. Хорошо! Не визжат пули, не грохают снаряды, не горят деревни… Живи да работай — хорошая жизнь!»


А. Гайдар не дает облегченного изображения этой «хорошей жизни»: в ней не только дружба, любовь, в ней и отголосок «войн и гроз», преступная деятельность врагов, пытающихся организовать диверсии. Проблема воспитания в повести дается объемно, многогранно: А. Гайдар решает ее во взаимном общении воспитателей и воспитуемых, во взаимообогащении тех и других, в их единстве. И это тоже Военная тайна нового общества. Натка, которая сначала недооценивает значение своего труда, становится настоящим воспитателем: «Она знала, что все на своих местах и она на своем месте тоже».


«Военная тайна» — емкое и многоплановое произведение. В нем раскрываются мысли об интернациональном единстве людей, показано формирование ребенка в коллективе. Героев повести — детей разных национальностей — объединяет дружба и любовь к Советской стране. Это отражается в их играх и мечтах; им хочется «сторожить» всю страну, стоять с винтовкой на самой высокой горе, смотреть в подзорную трубу, сидеть возле передатчика, чтобы подать сигнал во время опасности.


Чувствуется перекличка героев повести со сказочным Мальчишем-Ккбальчишем, который «примчался на подмогу» отцам и братьям. Мальчиш вместе с товарищами вступает в борьбу с буржуинами и погибает, не открыв Военной тайны врагам. Создавая эту героическую сказку, Гайдар творчески осваивал художественные традиции устного народного творчества.


В то же время «Сказка о Военной тайне, о Мальчише-Кибальчише и его твердом слове» — ключ   к   пониманию  эстетической концепции повести. Об этом говорил и сам писатель, отвечая на письмо ростовских пионеров: «Почему «Военная тайна»? Конечно, по сказке». Сказка символически раскрывает перед юным читателем смысл важнейших социальных и политических понятий. Не отступая от правды жизни, Гайдар вводит в повествование трагическое, показывая гибель Мальчиша-Кибальчиша и Альки. «Конечно, лучше, чтобы Алька остался жив. Конечно, лучше, чтобы Чапаев остался жив. Конечно, неизмеримо лучше, если бы остались живы и здоровы тысячи и десятки тысяч больших, маленьких, известных и безызвестных героев. Но этого в жизни не бывает…» — писал он ростовским пионерам.


Новыми чертами примечателен и стиль «Военной тайны». Гайдар ведет повествование так, что создается тесное переплетение субъективного и объективного планов. Зарождающееся теплое чувство между Сергеем и Наткой, еще более объединившая их память о погибшем Альке, символическая перекличка его образа с образом Мальчиша-Кибальчиша — все это ощущается как подтекст. Романтическая приподнятость и лиризм повести находят свое выражение в эмоционально окрашенной, а нередко и ритмизированной авторской речи. Один из возможных примеров—-описание последней встречи и прощания Натки и Сергея на перроне: .«Что-то хотелось обоим напоследок вспомнить и сказать, но каждый из них чувствовал, что начинать лучше и не надо.


Но когда они крепко расцеловались и Сергей уже изнутри вагона подошел к окну, Натке вдруг захотелось крикнуть ему что-нибудь крепкое и теплое. Но стекло было толстое, но уже заревел гудок, но слова не подвертывались, и, глядя на него, она только успела совсем по-алькиному поднять и опустить руку, точно отдавая салют чему-то такому, чего, кроме них двоих, никто не видел».



1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 |
© 2000–2017 "Литература"