Головна | Правила | Додати твір | Новини | Анонси | Співпраця та реклама | Про проект | Друзі проекту | Карта сайта | Зворотній зв'язок

Бродский «Письма римскому другу» (Из Марциала)

31.01.2011

Нынче ветрено и волны с перехлестом.


Скоро осень, все изменится в округе.


Смена красок этих трогательней, Постум,


чем наряда перемены у подруги.


Дева тешит до известного предела -


дальше локтя не пойдешь или колена.


Сколь же радостней прекрасное вне тела:


ни объятье невозможно, ни измена!


Посылаю тебе, Постум, эти книги


Что в столице? Мягко стелют? Спать не жестко?


Как там Цезарь? Чем он занят? Все интриги?


Все интриги, вероятно, да обжорство.


Я сижу в своем саду, горит светильник.


Ни подруги, ни прислуги, ни знакомых.


Вместо слабых мира этого и сильных -


лишь согласное гуденье насекомых.


Здесь лежит купец из Азии. Толковым


был купцом он – деловит, но незаметен.


Умер быстро: лихорадка. По торговым


он делам сюда приплыл, а не за этим.


Рядом с ним – легионер, под грубым кварцем.


Он в сражениях Империю прославил.


Столько раз могли убить! а умер старцем.


Даже здесь не существует, Постум, правил.


Пусть и вправду, Постум, курица не птица,


но с куриными мозгами хватишь горя.


Если выпало в Империи родиться,


лучше жить в глухой провинции у моря.


И от Цезаря далеко, и от вьюги.


Лебезить не нужно, трусить, торопиться.


Говоришь, что все наместники – ворюги?


Но ворюга мне милей, чем кровопийца.


Этот ливень переждать с тобой, гетера,


я согласен, но давай-ка без торговли:


брать сестерций с покрывающего тела


все равно, что дранку требовать у кровли.


Протекаю, говоришь? Но где же лужа?


Чтобы лужу оставлял я, не бывало.


Вот найдешь себе какого-нибудь мужа,


он и будет протекать на покрывало.


Вот и прожили мы больше половины.


Как сказал мне старый раб перед таверной:


Мы, оглядываясь, видим лишь руины .


Взгляд, конечно, очень варварский, но верный.


Был в горах. Сейчас вожусь с большим букетом.


Разыщу большой кувшин, воды налью им…


Как там в Ливии, мой Постум,- или где там?


Неужели до сих пор еще воюем?


Помнишь, Постум, у наместника сестрица?


Худощавая, но с полными ногами.


Ты с ней спал еще… Недавно стала жрица.


Жрица, Постум, и общается с богами.


Приезжай, попьем вина, закусим хлебом.


Или сливами. Расскажешь мне известья.


Постелю тебе в саду под чистым небом


и скажу, как называются созвездья.


Скоро, Постум, друг твой, любящий сложенье,


долг свой давний вычитанию заплатит.


Забери из-под подушки сбереженья,


там немного, но на похороны хватит.


Поезжай на вороной своей кобыле


в дом гетер под городскую нашу стену.


Дай им цену, за которую любили,


чтоб за ту же и оплакивали цену.


Зелень лавра, доходящая до дрожи.


Дверь распахнутая, пыльное оконце.


Стул покинутый, оставленное ложе.


Ткань, впитавшая полуденное солнце.


Понт шумит за черной изгородью пиний.


Чье-то судно с ветром борется у мыса.


На рассохшейся скамейке – Старший Плиний.


Дрозд щебечет в шевелюре кипариса.


Mарт 1972



1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 |
© 2000–2017 "Литература"